Поведение Пашиняна и его супруги, ставшее предметом бурных публичных дебатов и критики, также заинтересовало меня не только с политической, но и с медико-психологической точки зрения.
Детально проанализировав их публичную позицию: агрессию, оскорбления, «воспитательную» кампанию, навешивание ярлыков, я пришел к гипотезе, которой хотел бы с вами поделиться и обосновать.
Пашинян и его партнер занимаются политическим газлайтингом. Что это такое? В классическом понимании газлайтинг — это вид психологического насилия, в ходе которого одна сторона с помощью определенных манипуляций представляет другую сторону как «неполноценную», неполноценную, несовершенную, одновременно заставляя другую сторону усомниться в адекватном восприятии окружающей действительности.
Чета Пашинян, как агрессор, именно этим и занимается: оскорбляя («тупой», «вошь», «глупый», «четвероногое», «травоядное» и т. д.), внушая чувство неполноценности («ты не так хорош, как Эстония», «образование в моде» и т. д.), синтезируя параллельную реальность (веселье, концерты, фестивали и т. д.), они целенаправленно превращают армянский народ в жертв этого явно развитого психологического насилия. Они заставляют жертву, народ, сомневаться в своей памяти, своей идентичности, своей истории, своих эмоциях, своем восприятии. Они отрицают факты, чувства и ценности, которые важны для жертвы. Они внушают жертве неполноценность, зависимость и страхи (например, «если не будет Никола, будет война», «давайте уступим, чтобы не нападали», «бедность у тебя в голове» и прочие манипуляции политического характера — из этой же оперы).
Конечно, они не первые в мире в области политического газлайтинга.
Эту технологию активно использовали и используют различные авторитарные и деспотичные режимы. И использование Николом этого инструмента является еще одним ярким показателем его продолжающегося авторитаризма.
Конечная цель этого процесса — удержать ситуацию под контролем путем запугивания оппонентов, искажения фактов и сеяния подозрений.
Прибегая к газлайтингу, чета Пашинян решает проблему не потерять власть.
Если до 44-дневной войны Никол выставлял себя сумасшедшим, развязывая войну, то теперь он пытается выставить целую нацию сумасшедшей, чтобы навсегда увековечить последствия войны.
Как с этим бороться?
Если в личных случаях жертвы обычно обращаются за помощью к психологам, социальным работникам, а в крайних случаях — в правоохранительные органы, то в случае с нами, людьми-жертвами, рассчитывать на поддержку мировых «глобальных санитаров» или «спасателей Малибу» нереально, поскольку в своих отношениях с Николом они руководствуются принципом «делаем снаружи то, что хотим мы, чтобы вы делали внутри то, что хотите вы».
Поэтому мы сами должны бороться с этим психологическим насилием, осуществляемым в политических целях, и предлагаемый инструментарий выглядит следующим образом:
• Не уходите от реальности и продолжайте жить реальной жизнью.
• Не бойтесь и продолжайте самовыражаться. Не сомневайтесь и продолжайте думать самостоятельно.
• Не сдавайтесь и продолжайте бороться.
• Не изолируйте себя и продолжайте заводить новые знакомства и связи.
• Не молчите и продолжайте требовать от режима ответственности.
• Не быть покорным и продолжать работать над своим «я».
• Непринятие статуса жертвы и продолжение попыток наказать агрессора
АРМЕН АШОТЯН
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ РПА
«ДЗОРАХБЮР» ТСИ
27.05.2025
2025-05-28